Официальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ru

Богородично-Рождественская девичья пустынь

Официальный сайт Калужской епархии



 Поиск 


 События 
Великий Пост
Вечная память
Вси святии, молите Бога о нас!
Знаменательные даты
Повседневная жизнь
Праздники
События в РПЦ
События в России
События в мире
Цветная триодь


 ФОТО 


 Рубрики 


  
Начало раздела > Читаем, смотрим, обсуждаем

роман «Иоанн Дамаскин»


протоиерей Николай Агафонов
Иоанн Дамаскин
Исторический роман

 
 

Глава четвертая

1

 Когда Иоанн получил пергамент, перо и чернила, сердце его так разволновалось, что готово было выскочить из груди. «Как часто в этой жизни, - подумал он, - радость сменяет скорбь, а скорбь сменяет радость. Но вот приходит смерть и забирает и то, и другое. Для чего человек суетится в этом мире, если конец один и для всех одинаков? Иоанн помолился, обмакнул перо в чернильницу, и строки надгробного стиха стали ложиться одна за другой:

Какая житейская сладость непричастна скорби?

Какая слава была на земле неизменною?

Все – тени слабее, все – обманчивее сонных мечтаний.

Одно мгновение – и все это наследует смерть!

 

 Он уже не просто сочинял, а сама душа его стонала и пела скорбные слова:

Увы мне! Какая борьба при разлуке души с телом!

Увы мне! Как скорбит она тогда и – нет сострадающего.

Обращает взоры к Ангелам? Мольба напрасна.

Простирает к людям руки? Нет помощника.

Любезные братья мои! Вспомним краткость жизни нашей;

Помолимся Христу, да упокоит преставленного

И душам нашим подаст великую милость.

Суета – все человеческое; все не минует смерти.

 

 Уже к вечеру Иоанн отдал рукопись Никифору, объяснив каким мотивом ее можно петь на погребении. Когда на следующий день тело покойника принесли в храм, под его сводами впервые зазвучали погребальные стихиры Иоанна. Сам автор стоял в храме и задумчиво внимал гармоничному звучанию хора:

Плачу и рыдаю, когда помышляю о смерти,

И вижу созданную по образу Божью  красоту,

Лежащую во гробе,

Безобразною, бесславную, не имущею вида.

О чудо, что за тайна совершилась над нами?

Как предались мы тлению? Как соединились со смертью?

Истинно, только по воле Бога

Подается покой преставленному.

 Иоанн стоял и плакал. Плакал о том, что не сдержал своего обета, нарушил запрет своего старца. Ему теперь было даже стыдно возвращаться в келью Диодора. Хотелось спрятаться от старца, забиться в какую-нибудь щель. Стать незаметным. Что-то теперь будет? Как воспримет его грех старец? Иоанну вдруг ясно представилось смятенное состояние Адама после его грехопадения. «Адам убоялся и пытался скрыться от Бога. Глупец, как же можно укрыться от Всевидящего? Только повреждение ума могло породить эту безумную идею. Значит, первым следствием грехопадения стал страх и помрачение рассудка. Господи, не дай помрачиться рассудку моему. Бог вопрошает: «Адам где ты?» А разве Бог не знает, где Адам, зачем спрашивает? Да потому и спрашивает, что хочет покаяния Адама в грехе. Адам, отзовись покаянием! Приди, как заблудившийся сын. Господи, дай мне истинное покаяние! Господи, смягчи гнев Диодора, да примет он покаяние мое. Нет, не раскаялся Адам в грехе своем. Он признается лишь в страхе перед Богом. Откуда же этот страх у тебя? Не ел ли ты с дерева? Господи! Перемени страх мой на покаянное чувство любви. Второй раз любящий Отец зовет Адама к покаянию. Но покаяния в Адаме нет. Во всем он винит своего Создателя: «Жена, которую Ты мне дал, она мне дала, и я ел». О человеческое неразумие, закосневшее в грехах своих, доколе мы будем искать виноватых вокруг себя? Никифор здесь ни при чем. Я сам желал нарушить этот запрет. Желание прикоснуться к запретному плоду мучило и терзало мою душу. А я, глупец, подумал прекратить это терзание, исполнив свое желание. Так что же? Теперь, когда я вкусил запрещенное, меньше ли терзается моя душа? Нет, она еще больше страдает. Господи, помоги мне принести достойные плоды покаяния. Не отринь меня от Твоей милости».

2

 С трепетным волнением ожидал Иоанн возвращения старца. Три дня он не вкушал никакой пищи и стоял на молитве день и ночь. «Придет старец, - думал Иоанн, - и я сразу упаду пред ним на колени и буду смиренно просить какую угодно епитимью, только бы вымолить прощение». На третий день, утомленный молитвой, он задремал. Проснулся Иоанн от того, что почувствовал на себе чей-то упорный взгляд. Он открыл глаза и увидел стоящего над ним старца. Взгляд наставника не предвещал ничего хорошего. Видно, кто-то уже опередил Иоанна и доложил старцу о нарушении его запрета.

- Что так скоро ты забыл свои обещания? – сказал старец каким-то отрешенным голосом, а потом указав на дверь, твердо произнес: - Уходи. Таким, как ты, не место в нашей святой обители.

- Прости меня, отче, я виноват перед Богом и тобой, и уже недостоин быть твоим учеником, но дай мне возможность искупить свой грех.

- Уходи. Ты оскверняешь своим непослушанием святыню этого места, - снова указал старец на дверь. - Пока в твоей душе живет гордыня, держись от наших келий подальше, чтобы не стать соблазном для других.

 Иоанн еще раз поклонился старцу до земли и вышел. Он присел недалеко от кельи прямо на землю. На него неожиданно накатила волна такой сильной грусти, в которой перемешалось все: и стыд, и жалость к себе, и обида на суровость старца, и одновременно раскаяние, и невозможность все исправить, и самое страшное чувство – богооставленность. Он горько заплакал. Слезы лились каким-то нескончаемым потоком, и сквозь эти слезы он увидел большую толпу монахов во главе с игуменом Никодимом, спешащих к нему. Рядом со старцами шел монах Никифор и, размахивая руками, в чем-то горячо их убеждал. Все подошли и окружили Иоанна:

- Мы пришли просить за тебя милости у Диодора, - сказал игумен.

- Это самое доброе дело, которое вы можете для меня совершить, - сказал смиренно Иоанн, и у него в сердце загорелся огонек надежды, который вмиг осушил его слезы.

 Игумен постучал в келью и вызвал старца. Когда Диодор вышел, все монахи, не исключая Никодима упали пред ним на колени.

- Что вы делаете, отцы честные? - в испуге вскричал Диодор и тоже рухнул перед ними на колени.

- Мы все как один просим за нашего брата во Христе Иоанна. Не гони его от себя, пожалей его и нас. Наложи какую угодно епитимью, но не гони.

 Наступило молчание, в котором было слышно только сердитое сопение Диодора да покашливание монахов.

- Брат наш Диодор, мы не встанем с колен, пока ты не простишь Иоанна, - сказал один из пришедших старцев.

- Хорошо, - сказал наконец Диадор и встал с колен. - Если сожаление о своем грехе у Иоанна истинное, то пусть исполнит епитимью и тогда я прощу его. А до той поры мой приговор в силе. Пусть он пройдет по всей лавре и у всех келий убирает туалеты и все нечистоты.

Монахи охнули от удивления, никак не ожидая такой суровой епитимьи. Они повернулись к Иоанну, чтобы узнать, согласен ли он на такое унижение. Но, к их еще большему удивлению, увидели сияющие счастьем глаза Иоанна. Он слышал приговор старца, и все, навалившееся на его душу, вмиг растаяло, как прошлогодний снег в теплых лучах весеннего солнца. Монахи поклонились Диодору и пошли назад, в недоумении качая головами. Никифор, не скрывая своего недовольства, ворчал:

- Ну, надо же, что удумал старец, царедворца и знаменитого защитника православной веры заставил чистить туалеты! Такого еще на свете не было никогда. Господи, прости ты нас, грешных, и помилуй.

Когда все разошлись, Диодор встал на молитву перед единственной в его келье иконой Пречистой Богоматери. Молился он долго и истово. Уже ночь спустились над Кедронским ущельем, а старец все молился. Ближе к рассвету усталость взяла свое и старец задремал. Но и даже во сне он продолжал молиться. И вот он видит, что вся его пещера озаряется удивительным светом. Не таким, как от солнца, и не как от горящей свечи или другого какого светильника. Нет, то был необыкновенный свет, низводящий в душу одновременно трепетный восторг и благоговейный страх. Старец оглянулся и видит, что в этом свете к нему входит Пресвятая Дева. Он упал пред Нею ниц, а Пресвятая Дева заговорила: «Зачем ты, Диодор, заградил источник, способный источать сладкую воду? Воду, которая лучше той, что источил Моисей в пустыне. Воду, которую желал пить Давид. Воду, которую обещал Христос самарянке. Не препятствуй же более источнику этому течь. Он потечет изобильно, и всю вселенную напоит. Он покроет море ересей и претворит их в чудную сладость. Пусть жаждущие стремятся к сей воде! Иоанн возьмет гусли пророков, псалтырь Давида и воспоет новые песни Господу Богу и превзойдет Моисея и песни Мариам. В сравнении с ним ничтожны бесполезные песни Орфея, о которых повествуется в баснях. Иоанн воспоет духовную, небесную песнь и будет подражать херувимским песнопениям. Все церкви Иерусалимские сделает он как бы отроковицами, играющими на тимпанах, чтобы они пели Господу, возвещая смерть и воскресение Христа. Иоанн напишет догматы православной веры и обличит еретические лжеучения».

Видение исчезло, и старец очнулся от сна. Но реальность сновидения была настолько сильной, что он и сейчас, пробудившись, ощущал в своей келье великую благодать недавнего присутствия Богоматери. Слова же Пресвятой Девы звучали сладостными звуками в его взволнованной до крайности душе. Над ущельем занимался рассвет, первые лучи солнца коснулись куполов лаврского храма и заиграли на крестах. Старец тревожно огляделся кругом, надеясь найти Иоанна хотя бы рядом с кельей, но его не было. Тогда Диодор направился искать его в лавру. Когда он вошел в лавру, то сразу увидел Иоанна. Усталой походкой, с лопатой и ведром в руках, шел его ученик. «О! Какого же искусного в терпении я воспитал! О! Какой это настоящий послушник!», - сказал про себя Диодор и устремился навстречу Иоанну с распростертыми руками.

- О чадо послушания Христова! – обнимая опешившего Иоанна, воскликнул старец. - Открой же свои уста для слов истины, отныне я снимаю с тебя запрет писать и сочинять размышления о Боге и нашей вере. Пусть все услышат сладкозвучные глаголы. Отныне благословляю тебя крепко возвысить свой голос, ибо сняты с тебя обеты молчания навсегда. Сама Богоматерь много славного мне сказала о тебе. Меня же прости, - прибавил смиренно старец, - что я, по неведению и простоте своей, до сих пор препятствовал тебе воспевать Божественные глаголы и дела, - при этом у него блеснула слеза. И когда эта слеза по его старческой, морщинистой щеке докатилась до губ пустынника, они озарились светлой и доброй улыбкой.

 Иоанн же, услышав от старца такие слова, повел себя вовсе странно. Бесцеремонно схватил он старца в охапку и закружил его. А потом поставил совсем растерявшегося старца и громко воскликнул: «Христос Воскресе!», - и это несмотря на то, что Пасха давно прошла и была середина лета. А строгий старец не подумал поправить своего ученика, а, словно мальчишка какой, закричал в ответ: «Воистину Воскресе!» И они опять обнялись и троекратно поликовались, как на Пасху.

- О Диодор, о богомудрый мой наставник, ты мне послан Самим Богом, и тебе не следует просить прощения у того, кто возрожден тобою к чистой жизни. Теперь я понимаю, что Бог, по молитвам Пресвятой Богородицы, так все устроил. Ибо без твоей суровой школы смирения я был не нужен Богу. Он отвергает мудрость века сего, но приемлет смиренное и чистое сердце. Господь не мудрых собрал, но мудрых послал. Без тебя, святой мой наставник, я бы пребывал в великом заблуждении, что дар, полученный мной от Бога, я приумножил исключительно моими человеческими стараниями. А сие есть суета мира сего. Всякое величие человека есть дар, посылаемый ему как испытание его любви и смирения. Если человек не проходит этого испытания, то дар его остается во времени, а если проходит, то дар его принадлежит вечности. Отче мой, сегодня ты приобщил меня к вечности. Сегодня есть день моего воскресения! Сегодня моя Пасха! Сегодня для меня Воскресения день! Сегодня для меня Пасха Господня! Сегодня благодаря тебе, наставник мой, я перешел от смерти к жизни и от земли к небесам. Вот какая для меня радость! Потому и говорю тебе: «Христос Воскресе!»


Дата: Вторник, 21 Август 2007
Прочитана: 43028 раз

Распечатать Распечатать    Переслать Переслать    В избранное В избранное

Другие публикации
  • Плач третьей птицы
  • ЧИТАЙТЕ «ЛОГОС»!
  • О земле Калужской
  • «Православие – это не идеология, это жизнь»
  • Христианская православная газета Севера России «ВЕРА»
  • ВЕЛЕНЬЮ БОЖИЮ, О МУЗА, БУДЬ ПОСЛУШНА…
  • Дерзай, дщерь!
  • Богословие нового поколения
  • «Реквием по душе…»: Дмитрий Доморацкий (1979-2010), Москва, 2011.
  • Рифмуется с радостью. Размышления о старости.
  • Чтоб моя страна была самая-самая…
  • Ослик-шалун
  • «Это тебе не четку в тёплом углу тянуть»…
  • Страдания Оскара Уайльда
  • Поздравляем!
  • Первая ночь поста . Рассказ Рэя Брэдбери
 Переводчик: Е. Доброхотова-Майкова
  • «Русскому репортёру» – многая лета!
  • Новое поступление в библиотеку
  • Пушкин тоже любил кошек!
  • «Олеся». Составители: Г. М. Запальский и Г. А. Анищенко.
  • Монах Власий Святогорец «Невидимые пустынники Афона. Тайна Афонской пустыни», Святая гора Афон, «Символик», Москва, 2017.
  • Подарок от режиссёра
  • Сестрам, с любовью
    Вернуться назад


  •  english 


     Архив событий 
    «« Ноябрь 2017 »»
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4 5
    6 7 8 9 10 11 12
    13 14 15 16 17 18 19
    20 21 22 23 24 25 26
    27 28 29 30
    24.11.2017


      



     Контакты 
      приёмная:
      +7 920 881 33 33
      +7 920 883 55 55

      благочинная:
      +7 920 889 57 82

      факс:
      +7 (495) 660 62 77
     
    добавочный 955627

      e-mail:
      baryatino1@yandex.ru


     Информация 
    Адрес
    Расчетный счет
    Пожертвование
    Паломникам


     Эконом на связи 




     Котята В КОНТАКТЕ 
     Страничка про наших котят В Контакте


     Наши ссылки 
    Богослов.ру


     СМИ о нас 
    В. Залотуха "Просьба с объяснениями"
     "Монастырь без секретов""Семь закатов в Барятино"
    А. Ливанская "Деревня Барятино"
      

    Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (24)