Юрий Левитанский

Были смерти, рожденья, разлады, разрывы –

                                   разрывы сердец и распады семей –

                                                           возвращенья, уходы.

Было все, как бывало вчера, и сегодня,

                                                           и в давние годы.

Все, как было когда-то, в минувшем столетье,

                                                           в старинном романе,

                                               в Коране и в Ветхом Завете.

Отчего ж это чувство такое, что все по-другому,

                                            что все изменилось на свете?

Хоронили отцов, матерей хоронили,

                                                           бесшумно сменялись

                                      над черной травой погребальной

                                                               за тризною тризна.

Все, как было когда-то, как будет на свете

                                                                  и ныне и присно.

Просто все это прежде когда-то случалось не с нами,

        а с ними,

а теперь это с нами, теперь это с нами самими.

А теперь мы и сами уже перед Господом Богом стоим,

                                                            неприкрыты и голы,

и звучат непривычно – теперь уже в первом лице –

      роковые глаголы.

Это я, а не он, это ты, это мы, это в доме у нас,

                                                           это здесь, а не где-то.

В остальном же,  по сути, совсем не существенна

                                                                           разница эта.

В остальном же незыблем порядок вещей,

                                                                            неизменен,

                                                      на веки веков одинаков.

Снова в землю зерно возвратится,

                                                  и дети к отцу возвратятся,

                                          и снова Иосифа примет Иаков.

И пойдут они рядом, пойдут они, за руки взявшись,

                                                       как равные сын и отец,

      потому что сравнялись отныне

     своими годами земными.

Только все это будет, не с ними, а с нами,

  теперь уже с нами самими.

В остальном же незыблем порядок вещей,

     неизменен,

        и все остается на месте.

Но зато испытанье какое достоинству нашему,

    нашему мужеству,

  нашим понятьям о долге, о чести.

Как рекрутский набор, перед Господом Богом стоим,

 неприкрыты и голы,

и звучат все привычней –

         звучавшие некогда в третьем лице –

      роковые глаголы.

И звучит в окончанье глагольном,

       легко проступая сквозь корень глагольный,

голос леса и поля, травы и листвы

       перезвон колокольный.

***

Если бы я мог начать сначала

бренное свое существованье,

я бы прожил жизнь свою не так –

я бы прожил жизнь мою иначе.

Я не стал бы делать то и то.

Я сумел бы сделать то и это.

Не туда пошел бы, а туда.

С теми бы поехал, а не с теми.

Зная точно что и почему,

я бы все иною меркой мерил.

Ни за что не верил бы тому,

а тому и этому бы верил.

Я бы то и это совершил.

Я бы от того-то отказался.

Те и те вопросы разрешил,

тех и тех вопросов не касался.

Словом,

             получив свое вдвойне,

радуясь такой своей удаче,

эту,

     вновь дарованную мне,

прожил бы я жизнь мою иначе.

И в преддверье стужи ледяной,

у конца второй моей дороги,

тихий,

          убеленный сединой,

я подвел бы грустные итоги.

И в конце

    повторного пути,

у того последнего причала,

я сказал бы – Господи, прости,

дай начать мне, Господи, сначала!

Ибо жизнь,

       она мне и сама

столько раз давала убедиться –

поздний опыт зрелого ума

возрасту другому не годится.

Да и сколько жизней не живи –

как бы эту лодку ни ломало –

сколько в этом море ни плыви –

все равно покажется, что мало.

Грозный царь на бронзовом коне.

Саркофаги Греции и Рима.

Жизь моя,

                        Люблю тебя вдвойне

И за то, что ты неповторима.

Благодарен ветру и звезде.

Звукам водопада и свирели.

…Струйка дыма.

                          Капля на листе.

Грозовое облако сирени.

Ветер и звезду благодарю.

Песенку прошу, чтоб не молчала.

 – Господи Всевышний! – говорю. –

Если бы мне все это сначала!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *