Жена-самаряныня до встречи со Спасителем не совершила ничего такого, что выделило бы ее из ряда других женщин библейского времени. Однако именно ей Господь в жаркий палестинский полдень, забыв о голоде и жажде, в длительной и обстоятельной беседе «сладкими глаголы», как поется в службе Праздника, открывал сокровеннейшую и глубочайшую суть веры. И она услышала и сердцем поняла, Кто перед ней.
Ученики Христа, как не случайно отмечено в Евангелии, удивились, что Он разговаривает с женщиной (Ин. 4, 27). Ну еще бы: пока не просвещенные Святым Духом, они погружены в культурную традицию иудаизма, запрещающего женщине, низшей по развитию, говорить среди мужчин; апостолы, как это и теперь свойственно многим, склонны держаться общепринятого древнего порядка, их настораживает всё, в чем можно заподозрить «расшатывание устоев». Но Господь свободен, Его не сковывают традиции, его чистый взор не замутняют предрассудки, он видит пред Собой личность в самой сокровенной, главной сути.
Этот день, как никакой другой в году, достоин считаться женским праздником. И не будет преувеличением, если назовем страницы 4 главы Евангелия от Иоанна самыми дорогими сердцу многих христианок.